Те же фирмы, что вырастили тягу к сигаретам, теперь владеют полкой со снеками

Журнал об общественном здоровье ставит табачный логотип на вашу коробку хлопьев

American Journal of Public Health опубликовал исследование, доказывающее, что взлёт ультрапереработанной еды (UPF) — это не только история про промышленную химию, но и история про то, кому принадлежали фабрики. Работа набрала на HN 214 голосов и собрала тред, превратившийся в референдум о том, значит ли вообще что-нибудь термин «ультрапереработанное».

Тезис: исследования для сигарет, перенацеленные на снеки

Утверждение исследования конкретно: в 1980-х и 1990-х табачные компании — Philip Morris (поглотившая Kraft и General Foods) и R.J. Reynolds (RJR Nabisco) — купили себе место в центре американского продуктового магазина. Вместе с брендами им досталось кое-что поопаснее самих брендов: десятилетия внутренних исследований о том, как вкус, соль, сахар и жир в сочетании толкают к компульсивному потреблению. Аргумент работы в том, что эта экспертиза не осталась в табачном подразделении. Её осознанно перенесли в разработку рецептур и маркетинг еды, определяя, какие продукты конструировать, как настраивать их под тягу и как продавать.

Сквозной приём, который первыми освоили табачные компании, — выпускать продукт, чья привлекательность отчасти химическая, публично отрицать механизм и агрессивно продвигать его молодёжи — ложится, по мнению авторов, на современный сценарий UPF. (Полный текст спрятан за пейволлом AJPH, который вернул 403 при запросе; суть здесь — заявленный тезис работы в том виде, как он прозвучал в обсуждении.)

Тред: «лженаука» против списка ингредиентов

Самая острая линия раскола — реальна ли вообще сама категория. Скептики не стеснялись:

«„Ультрапереработанное“ — бессмысленное слово, придуманное ради внимания СМИ. Состояние науки о питании удручающее». — скептик, отвергающий категорию UPF целиком

В ответ комментатор, работающий в химии, разложил саму механику — не на ощущениях, а поимённо перечислив, что покупает «ультрапереработка»:

«За технологией ультрапереработанной еды стоят два движущих фактора: срок хранения и аддиктивный потенциал… это негативно влияет на микробиом кишечника, добавляет нагрузку на печень и почки». — комментатор, перечисливший системы консервантов и эмульгаторов поимённо

Третий голос отказался считать табачный маркетинг особым злом и обвинил всю индустрию разом:

«И чем это отличается от любого другого маркетинга? Если маркетинг в табачном стиле — проблема, которую надо решать, то запретить придётся 95% всего маркетинга». — комментатор, доказывающий, что это просто обычный маркетинг

А четвёртый и вовсе перевернул моральную рамку — может, сигаретная компания, продающая еду, это хороший исход:

«Я не думаю, что диверсификация американских табачных фирм — это плохо… Пусть лучше продают еду, чем сигареты. Но они хотят продавать по всему миру ПРИБЫЛЬНУЮ еду с высоким содержанием жира, сахара и соли, а не реально сбалансированную по питательности». — давний комментатор, взвешивающий диверсификацию по существу

Одного комментатора, наблюдавшего за спором, встревожил его крен: «большинство ЗАЩИЩАЕТ Big Food», — написал он.

Настоящее утверждение — о происхождении, а не о химии

Защитники и химики спорят мимо друг друга, а исследование в основном про третью вещь, которую ни одна сторона не выдвигает вперёд: про собственность. Аккуратная это научная категория или нет, исторический материал, который собирает работа, говорит: институциональное знание о том, как конструировать компульсию, не исчезло, когда потребление сигарет на Западе упало, — оно сменило отдел. Утверждение, которое стоит сохранить, — не «снеки это яд». Оно в том, что индустрия, построенная на отрицании механизма своего продукта, скупила компании, которые вас кормят, и принесла с собой свои привычки к отрицанию. Это утверждение можно проверить по записям о поглощениях, а не по микробиому.